Problems of Worldview in Our Time and Universal Christianity 1

Н. БЕРДЯЕВ
ПРОБЛЕМЫ МИРОСОЗЕРЦАНИЯ НАШЕГО ВРЕМЕНИ И ВСЕЛЕНСКОЕ ХРИСТИАНСТВО.

I.

Наша эпоха стоит под знаком сближения разорванных частей хрис­тианского мира. Мировые христианские организации и конгрессы явля­ются симптомами этого движения. Прежде всего христианские вероиспо­ведания с особенной остротой ставится вопрос о вселенскости христиан­ства и об обязанностях, вытекающих из этого сознания. Сближение и вза­имодействие Востока и Запада начинают определять историческую эпоху. Все христианские вероисповедания выходят из своего замкнутого и само­достаточного состояния. По своему это происходит и в католичестве, не­смотря на империялистический его характер. Это движение внутренне чуждо и реакционерам и типичным консерваторам, но находит в себе поддержку со стороны подлинно религиозного сознания.

Необходимо открыто признать, что вселенскость церкви Христовой не была достаточно актуализирована и выявлена, она все еще в значительной степени оставалась провинциальной, скрытой. Есть единая и вселенская церковь. Но в разорванных частях христианского человечества не было ещё достаточно полноты, была ущербленность. И само разделение было человечеством грехом. Нам не дано знать, когда Дух Св. воссоединит ра­зорванные части христианского мира. Но со стороны человеческой мы ви­дим, что вселенность христианства должна себя более актуализировать и вы­явить под влиянием задач, поставленных мировой исторической жизнью.

N. BERDYAEV
PROBLEMS OF THE WORLDVIEW OF OUR TIME AND UNIVERSAL CHRISTIANITY.

I.

Our era is marked by the rapprochement of the fragmented parts of the Christian world. Global Christian organizations and congresses are symptoms of this movement. Above all, Christian denominations are increasingly concerned with the question of the universality of Christianity and the responsibilities arising from this awareness. The rapprochement and interaction between the East and the West are beginning to define the historical epoch. All Christian denominations are emerging from their closed and self-sufficient states. This is occurring even within Catholicism, despite its imperialistic nature. This movement is internally alien to reactionaries and typical conservatives, yet it finds support among those with a genuinely religious consciousness.

It is necessary to openly acknowledge that the universality of the Church of Christ has not been sufficiently actualized and revealed; it has largely remained provincial and hidden. There is one unified and universal church. But in the fragmented parts of the Christian humanity, there has not yet been sufficient fullness; there has been a deficiency. And the division itself was humanity's sin. We are not given to know when the Holy Spirit will reunite the divided parts of the Christian world. But from a human perspective, we see that the universality of Christianity must become more actualized and manifest itself under the influence of the challenges posed by world historical life.

Problems of Worldview in Our Time and Universal Christianity 2

Наша разорванная и внутренне анархическая эпоха смертельно тоскует и стремится к интеграции и целостности в миросозерцании и жизни. Христианство наше не может оставаться загнанным в угол духа, не мо­жет ограничиться благочестием для воскресных и праздничных дней, оно должно реализовываться в полноте жизни. Христианское сознание и со­весть не могут уже перенести дуалистического разрыва христианства и жизни, христианства и культуры, христианства и миросозерцания, опреде­лявшегося веками секуляризованной мысли. Нужно ведь признать, что ми­росозерцание христиан нашей эпохи, их отношение к миру и жизни в значи­тельной степени определяется не христианскими принципами. формации ду­шии и мировоззрение Европы XIX и XX вв.в. в определение гуманизма и науки нового времени. Нужно помнить, что христианин нашего времени инъектировал секуляризирующее общее и всех областей куль­туры, секуляризировал всего мышления. Христианство или ушло от жизни и потеряло власть над жизнью или подверглось обмирщанию, подчинённому ве­чное временному. И в этом причина разорванности и раздвоенности совре­менной христианской души. Между христианством и современным миросозер­цанием установился компромисс, но не произошло еще органического и внутреннего претворения христианством проблем, поставленных современ­ностью.

Замысел средневекового общества и культуры был по принципу це­лостный, органический и подчиненный христианской идее. Но и у хрис­тианских народов средневековья слишком сильна была варварская кровь и слишком сильны были пережитки язычества. Внешне и принудительно нельзя осуществить царство Божие. Царство Божие приходит непри­менно. Средневековая теократия довольствовалась лишь внешними знаками и символами Царства Божьего, но не осуществляло его реально. Реальное осуществление всегда предполагает свободу, свободное сог...

Our fragmented and internally anarchic era is deeply yearning and striving for integration and wholeness in worldview and in life. Our Christianity cannot remain cornered in the spirit, it cannot be limited to piety for Sundays and holidays; it must be realized in the fullness of life. Christian consciousness and conscience can no longer bear the dualistic divide between Christianity and life, Christianity and culture, Christianity and worldview, which has been defined by centuries of secularized thought. We must acknowledge that the worldview of Christians in our time, their relationship to the world and life, is largely shaped by non-Christian principles. The formation of soul and worldview in 19th- and 20th-century Europe is defined by humanism and the science of the modern age. It is essential to remember that Christians of our time have imbibed secularizing influences in all areas of culture, secularizing all thought. Christianity either withdrew from life and lost its authority over it, or it became secularized, subordinated to the temporal. And herein lies the reason for the fragmentation and division of the modern Christian soul. A compromise has been established between Christianity and the modern worldview, but there has not yet been an organic and internal transformation of the problems posed by modernity through Christianity.

The concept of medieval society and culture was, in principle, holistic, organic, and subordinated to the Christian idea. Yet among the Christian nations of the Middle Ages, barbarian blood was too strong, and the remnants of paganism too potent. The Kingdom of God cannot be realized externally and coercively. The Kingdom of God comes inevitably. Medieval theocracy contented itself with only the outward signs and symbols of the Kingdom of God, but it did not realize it in reality. True realization always presupposes freedom, free consent...

Problems of Worldview in Our Time and Universal Christianity 3

асие. Средневековая теократия должна была пасть, потому что она не считалась с человеческой свободой, мешала свободному выражению человеческих сил. И вот настал час истории, когда творческие силы были отпущены на свободу. Человек начал испытывать свою свободу во всем, в науке и искусстве, в государстве и хозяйстве, в морали и в технике. Все сферы жизни стали автономными. На этом пути много цен­ного сотворил человек и приобрел себе большие богатства, он самостоя­тельно оценил мир, расширил свой кругозор. Жизнь его стала определя­ться не статическими объектами и курьезами, а фаустовским стремлением к бесконечному движению вперед. Но это не привело человека к распле­нию жизненной полноты, к затенению в нем образа и подобия Божьего, к разложению достоинств личности и обращенной в внешней актив­ности и к вечному движению, человек перестал концентрироваться, сосредотачивать внутреннюю духовную силу и потому сила его грозит истощение. Вера в смысл жизни была потеряна. Но процесс секуляриза­ции жизни и завоевание автономии для всех ее сфер не только обозначает ослабление и потерю христианской веры. В нем была и своя прав­да. Секуляризация означает также искренность и правдивость, нежелание и невозможность делать христианское название тому, что перестало быть христианским. Секуляризация означает наступление конца условно­сти, внешне-знаковой христианской жизни. Если государство не совсем еще христианское, то нечего его именовать христианским; если в нем принуждение его обязывает носить христианские внешности, если по­шлость не озарено светом Христовой Истины, то нечего заставлять его быть христианским по внешности. Если жизнь модерно не определена заветами Христа, то нечего делать вид, что она христианская. Так и во всем. Нужно быть, а не казаться. Было бы великой ложью утверждать...

...tion. Medieval theocracy had to fall because it disregarded human freedom, obstructing the free expression of human powers. And thus came the moment in history when creative forces were set free. Humanity began to explore its freedom in all things — in science and art, in government and economy, in morality and in technology. All spheres of life became autonomous. On this path, humanity created much of value and acquired great wealth, independently assessing the world and broadening its horizons. Life became defined not by static objects and curiosities but by a Faustian striving for infinite forward motion. Yet this did not lead humanity to a flourishing fullness of life; instead, it obscured the image and likeness of God within, led to the degradation of personal dignity and the turn to external activity and endless movement. Humanity ceased to focus inward, to concentrate inner spiritual strength, and thus its strength now faces exhaustion. The belief in the meaning of life was lost. But the process of secularization and the attainment of autonomy for all spheres not only signifies a weakening and loss of Christian faith. There was also a truth in it. Secularization also signifies sincerity and honesty, a refusal and inability to label as Christian that which has ceased to be Christian. Secularization marks the end of conditionality, of an externally symbolic Christian life. If the state is not wholly Christian, there is no reason to call it Christian; if it imposes compulsion and maintains a Christian appearance without being enlightened by the light of Christ's Truth, there is no reason to force it to appear Christian. If life in the modern age is not defined by Christ’s commandments, there is no point in pretending it is Christian. So it is with everything. One must be, not seem. It would be a great lie to assert...

Problems of Worldview in Our Time and Universal Christianity 4

что основы цивилизации XIX и XX в.в. были христианскими и определя­лись духом Христовым. Это и обнаружилось в катастрофе мировой вой­ны и последующих за ней революциях. Отныне христианская вера может быть только искренней и идущей из глубины, она не дает более ни­каких привилегий и требует жертв. Внешнее полу-христианство стало не­возможным, и это есть великое благо.

В миросозерцании От. Церкви и миросозерцании средневековом чело­веческий элемент христианства не был достаточно раскрыт. Мировоззре­ние гуманистическое означает, что этот элемент начал себя само­стоятельно раскрывать, не дожидаясь благословения свыше. Мировоззрение гуманистическое враждебно и противоположно христианству, и оно не в силах дать оправдание и обоснование полному признанию величай­шего значения человека в мире. При таком взгляде на мир человек неот­вратимо подчиняется природной и социальной среде, делается рабом ее.

Но в гуманизме был и положительный элемент, гуманизм образовы­вался под тайным, неприметным действием христианства. То что ни нан­зав гуманностью, человечностью, уменьшение жестокости, большая со­чувственность, большее развитие эмоциональной душевной жизни, при­дание безусловного значения самой индивидуальной человеческой душе есть результат действия христианства на человеческую душу. Но трагедия гу­манизма в том, что самоутверждение человека в отрыве от Бога ведет к истереблению и гибели самого человека, это одинаково видно в Ницше и Марксе, в технизации, капиталистической цивилизации и коммунизме, в романтической мистике и в материализме. Человеческая личность по­длинно существует лишь, как образ и подобие Божие. Лишь в Христе...

...that the foundations of the 19th and 20th-century civilization were Christian and were defined by the spirit of Christ. This was revealed in the catastrophe of the world war and the revolutions that followed it. Henceforth, Christian faith can only be sincere and come from within; it no longer grants privileges and demands sacrifices. Superficial half-Christianity has become impossible, and this is a great blessing.

In the worldview of the Eastern Church and the medieval worldview, the human element of Christianity was not fully revealed. Humanistic worldview means that this element began to reveal itself independently, without awaiting blessings from above. The humanistic worldview is hostile and opposed to Christianity, and it cannot provide justification or a foundation for fully recognizing the supreme significance of humanity in the world. With such a view of the world, humanity is inevitably subordinated to the natural and social environment and becomes a slave to it.

However, humanism also contained a positive element; humanism was formed under the secret, unnoticeable influence of Christianity. What is called humanity, kindness, reduction of cruelty, greater compassion, a greater development of emotional and spiritual life, and the attribution of absolute value to the individual human soul are the results of Christianity's impact on the human soul. But the tragedy of humanism is that self-affirmation of humanity apart from God leads to the destruction and demise of humanity itself; this is equally evident in Nietzsche and Marx, in technologization, capitalist civilization, and communism, in romantic mysticism and in materialism. The human personality truly exists only as the image and likeness of God. Only in Christ...

Problems of Worldview in Our Time and Universal Christianity 5

Богочеловек находит себя; всякая человеческая личность и получает вечное значение. В природном мире она разлагается и попадает в раб­ство. Натуралистическое миросозерцание совершенно не в силах оправдать саму идею человеческой личности, не в силах отстоять ее свободу. Последовательный натурализм отрицает свободу. Это есть основное про­тиворечие натуралистического гуманизма: самоутверждение человека, гра­ничит антропоцентризм и истребление человека, порабощение его низшим силам, разрушение его личности. Только действие сверхприродных, сверхъестественных, божественных сил может поднять человека, вывести его из плена рабства природы. Человеку нужно подняться над своими падением в мир обезбоженный и виновен. Спасение, воскресение жизни, благо и смысл, способны к преодолению погибающих и оторванных от бога слоев и элементов человеческого мира, и этому способствует гуманисти­ческая идея освобождения и обновления человеческого сознания от бесси­лии и бескорененности. Недавние революции колеблют веру в гуманистический прогресс. Избран­ный высший слой гуманистической культуры переживает жестокий кризис от слишком грубого прикосновения жизни. Некуда уйти, некуда убежать от самих предельных конечных вопросов о жизни и смерти. Культура не может оставаться оторванной от жизни. И для христианского сознания сей­час стоит вопрос не только о преодолении гуманистических мировозрений, но и о сохранении положительных гуманистических элементов. Миру грозит варварское огрубение, бестиализм, который отгонит ниже, а не выше гуме­низма. Поэтому отношение христианства к основным проблемам нашей эпохи очень сложно.

Христианство есть вечная истина, независима от времени оно учит свободе от "мира" но время ставит все новые и новые задачи хрис­тианству, которые должны быть решены из его вечной истины. Не вечное...

The God-man finds himself; every human personality gains eternal significance. In the natural world, it decomposes and falls into slavery. The naturalistic worldview is utterly incapable of justifying the very idea of human personality, incapable of defending its freedom. Consistent naturalism denies freedom. This is the fundamental contradiction of naturalistic humanism: the self-assertion of humanity, bordered by anthropocentrism and the destruction of humanity, its enslavement to lower forces, the destruction of personality. Only the action of supernatural, divine forces can lift humanity, leading it out of the bondage of nature’s slavery. Humanity needs to rise above its fall into a godless world. Salvation, the resurrection of life, goodness, and meaning can overcome the perishing and estranged layers and elements of the human world, and this is facilitated by the humanistic idea of liberation and renewal of human consciousness from impotence and rootlessness. Recent revolutions shake faith in humanistic progress. The chosen higher layer of humanistic culture experiences a severe crisis due to too harsh a brush with life. There is nowhere to go, nowhere to escape from the ultimate questions of life and death. Culture cannot remain detached from life. And for Christian consciousness, the question now is not only about overcoming humanistic worldviews but also about preserving the positive elements of humanism. The world faces a threat of barbaric coarseness, bestiality, which will drive it lower rather than elevate it above humanism. Therefore, the relationship of Christianity to the fundamental problems of our era is very complex.

Christianity is eternal truth, independent of time. It teaches freedom from the "world," but time presents ever-new challenges to Christianity, challenges that must be met from its eternal truth. The eternal...

Problems of Worldview in Our Time and Universal Christianity 6

должно приспособиться к временному, но временное должно преобразить­ся через вхождение в него вечного. Вера в Церковь Христову означает ве­ру в то, что в христианстве есть силы, которые могут ответить на проблемы, мучающие современное сознание, проблемы моральные, социаль­ные, научные. Уход из христианства огромной части современного чело­вечества означает и то, что мучительные проблемы современного созна­ния христианством не разрешимы, что решения они слишком старыми, не соответствующими современной душе методами. Ответ на мучительные воп­росы современного сознания предполагает преодоление дуалистического разрыва времени и вечности, земли и неба, церкви и Бога. Вопрос об от­ношении христианства к времени, о модернизировании в дурном смысле слова и процессам происходящим в мире есть вопрос центральный. От этих процессов, часто носящих грубый и разрушительный характер, нельзя укрыться. Жизнь мира в его всесторонней многообразности более и более уходит от христианства. И дело не в том, что мир делается более грешным, — он был достаточно грешным и в прошлом, дело в том, что современный мир в принципе отрицает христианство и теряет само чувство греха. Христианство должно вновь собрать свои силы, чтобы ов­ладеть миром и происходящим в нем процессами, чтобы вернуть к хрис­тианскому принципу цивилизацию, становящуюся все более и более без­божной. И это не должно быть компромиссом с миром, обмирщением, как нередко бывает в модернизированном и либеральном христианстве. Из полноты и целостности христианского откровения, христианской истины должны родиться ответ на мучительные мировые вопросы. В самом мучи­тельном вопрошании всегда есть правда, хотя ответ может быть и до­лжным, христианизация жизни мира может быть плохо понята. Нельзя прину...

...must adapt to the temporal, but the temporal must be transformed through the entry of the eternal into it. Faith in the Church of Christ signifies belief that Christianity holds the power to address the issues troubling modern consciousness—moral, social, and scientific problems. The departure from Christianity of a vast portion of contemporary humanity also signifies that Christianity’s solutions to these painful issues may seem too old and unsuited to the modern soul. The response to the distressing questions of contemporary consciousness requires overcoming the dualistic divide between time and eternity, earth and heaven, church and God. The question of Christianity’s relationship to time, of modernization in the negative sense, and of the processes occurring in the world is central. From these processes, which often bear a coarse and destructive nature, one cannot escape. The life of the world, in all its multifaceted diversity, is increasingly distancing itself from Christianity. The issue is not that the world is becoming more sinful—it has been sinful enough in the past—but that the modern world fundamentally rejects Christianity and loses the very sense of sin. Christianity must once again gather its strength to master the world and the processes occurring within it, to restore civilization to the Christian principle, as it becomes increasingly godless. And this must not be a compromise with the world, a secularization, as often happens in modernized and liberal Christianity. From the fullness and integrity of Christian revelation, Christian truth must emerge as the answer to the world’s agonizing questions. In the most distressing questioning, there is always truth, though the answer may be difficult; the Christianization of the world’s life may be poorly understood. Coercion...

Problems of Worldview in Our Time and Universal Christianity 7

дить жизни мира и христианству, объявить государство христианским, науку и философию подчинить теологии и т.п. Этот путь уже испытан и к нему нет возврата. Но во всех сферах жизни и культуры может за­гореться Свет Христов, может пробудиться религиозное водительство и гос­подство Христовой правде. И это происходит в мире, свет начинает возго­раться и в той тьме, в которую погружается современное человечество во всех сферах от вершины познания и творчества до самых элементарных форм жизни. Возможна свободная христианизация изнутри, прежде обще­ства, а потом уже государства, прежде души, а потом уже наук и т.д. Христианство есть религия богочеловечества и из глубины христи­анского догмата о боговоплощении осмысляется творческое при­звание человека в человеческой природе, осмысливается творческое приз­вание человека. Во свете Христа возможно вернуть всех сферам жизни истинный смысл и быть деятельностью не только созидательной, но и возделывающей. Все возрасташие античеловечность мы видим в бездушной, механической ци­вилизации, в коммунизме и мн. др. Все возрастающая часть современно­го грешного человечества начинает забывать самое имя Христа. Толь­ко на поверхностный взгляд представляется, что имя Христа забывает­ся ими человека и его блага. Очень скоро обнаруживается, что заб­вение Христа ведет и к забвению человека, к превращению его в средст­во для бездушных нечеловеческих сил. Когда мы говорим об овладении христианством мира, то мы не должны впадать в оптимистические иллю­зии. Сила греха и зла велики, силы враждебные христианству будут играть огромную роль. Будет большое разделение и борьба, зло кажу­чество может оказаться внешне сильнее, возвращающееся ко Христу качество. Но активная направленность христианской воли не должна...

... of the life of the world and to Christianity, to declare the state Christian, to subordinate science and philosophy to theology, and so forth. This path has already been tried, and there is no returning to it. But in all spheres of life and culture, the Light of Christ can ignite, religious guidance and the rule of Christ's truth can awaken. And this is happening in the world; light begins to shine even in the darkness into which modern humanity is sinking, from the heights of knowledge and creativity to the most elementary forms of life. A free Christianization from within is possible, starting with society and then the state, starting with the soul and then science, and so on. Christianity is the religion of God-humanity, and from the depth of the Christian dogma of the Incarnation, the creative vocation of humanity in human nature is understood, the creative vocation of humanity is comprehended. In the light of Christ, it is possible to return true meaning to all spheres of life, to be an activity that is not only constructive but also cultivating. All increasing inhumanity is visible in the soulless, mechanical civilization, in communism, and much more. An increasing portion of modern sinful humanity begins to forget even the name of Christ. Only from a superficial view does it seem that the name of Christ is forgotten solely for human and worldly goods. Very soon, it becomes apparent that forgetting Christ leads also to forgetting humanity, turning it into a means for soulless, inhuman forces. When we speak of Christianity's mastery over the world, we must not fall into optimistic illusions. The power of sin and evil is great, and forces hostile to Christianity will play a huge role. There will be great division and struggle; evil appearances may outwardly seem stronger, while the return to Christ brings quality. But the active direction of the Christian will must not...

Problems of Worldview in Our Time and Universal Christianity 8

зависеть от оптимистических представлений о результатах борьбы. Долг христиан в мире остаться в силе, каковы бы ни были результаты борьбы. Христиане должны осуществлять свои задачи, делать свое дело до конца, обнаруживая максимум духовной силы, которая лишь возрастает от сопротивления. Но предпосылкой активного христианского мира яв­ляется обретение внутренней ценности и единства.

Задача объединений христианского человечества в миросозерцании и воле не легка и тут нет основания для слишком большого оптимизма. Эта задача не может быть решена механически, она требует органичес­ких процессов. Дальнейшее раскрытие и развитие единого и цельного христианского мировоззрения, которое в силах будет преодолеть совре­менную анархию мысли не может происходить в отрицании и борьбе против чуждых форм христианства и объединения верой. В этом смысл теперешнего сложившегося "миросозерцения". Творческая работа должна происходить в глубине христианских вероисповеданий. Я верю, что восточное право­славие выходит из состояния длительной замкнутости и недостаточной актуализированности, выходя во вселенскую ширь. Истина христианско­го откровения хранилась в православии в наибольшей чистоте, но исти­на эта должна быть обнаружена, развита, приведена к жизни. Восточ­ное православие не принимало активно участия в исторической борьбе про­тестантизма и католичества и это уже делает его благоприятной почвой для христианского сближения и большего взаимного понимания. Я имел возможность это наблюдать на организованных русскими православными в Париже собраниях с французами католиками и протестантами, которые до этого никогда не встречались. В православии органически сочетается...

...to depend on optimistic expectations about the outcomes of the struggle. The duty of Christians in the world is to remain strong, regardless of the results of the struggle. Christians must fulfill their tasks, complete their mission to the end, demonstrating the maximum of spiritual strength, which only grows through resistance. But the prerequisite for an active Christian world is the attainment of inner value and unity.

The task of uniting Christian humanity in worldview and will is not easy, and there is no basis for excessive optimism. This task cannot be accomplished mechanically; it requires organic processes. The further unfolding and development of a unified and holistic Christian worldview, which will be able to overcome the contemporary anarchy of thought, cannot take place in the negation and struggle against foreign forms of Christianity and unity through faith. This is the meaning of the present "worldview." Creative work must take place within the depths of Christian denominations. I believe that Eastern Orthodoxy is emerging from a prolonged state of isolation and insufficient actualization, moving toward a universal breadth. The truth of Christian revelation has been preserved in Orthodoxy in the greatest purity, but this truth must be discovered, developed, and brought to life. Eastern Orthodoxy has not actively participated in the historical struggle between Protestantism and Catholicism, and this already makes it a favorable ground for Christian rapprochement and greater mutual understanding. I had the opportunity to observe this at gatherings organized by Russian Orthodox Christians in Paris with French Catholics and Protestants who had never met before. In Orthodoxy, there is an organic combination...

Problems of Worldview in Our Time and Universal Christianity 9

...ся свобода с церковным единством. Это есть и самая традиционалисти­ческая и самая свободная, наименее авторитарная форма христианства. Западные христиане обыкновенно с трудом понимают это сочетание тради­ционализма с свободой, эту идею крепкой и цельной, но не авторитар­ной церковности, ибо мыслят об этом исключительно в категориях про­тестантско-католического спора индивидуальной свободы и церковного авторитета. Но эта особенность православия представляется мне как раз благоприятной для движения к экуменизму. И в русской религиозной мыс­ли XIX и XX в.в. очень остро ставился вопрос об отношении христианства к жизни мира и к культуре, и была большая тоска по цельности и все­ленскости. Консервативные силы внутри христианских вероисповеданий мешали движению к сближению и выявлению вселенского единства, оста­новясь на старых догматах. Но вопросы и задачи, выдвинутые вселенско­стью христианства, обостренно родились на характере нашей эпохи. К нему неизбежно приходят в результате реакции христианства на пробле­мы современного миросозерцания. Мировоззрение антихристианское все бо­лее интерпретирует и принимает вселенский характер. Этот процесс проис­ходит в просветительском свободомыслии, в синкретизме, в современной технике, в коммунистическом интернационале. Раздробленное, разорванное христианство, больное от внутренней вражды не может противостоять этой интегрирующей и объединяющей силе антихристианской мысли и воли. Только вселенскость христианства, перешедшее из потенциального в ак­туальное состояние может дать цельное миросозерцание, отвечающее на тревожные проблемы эпохи и способное противостоять миру разъединенному. Но как понять вселенскость? Вселенскость не может быть достигнута через механическое объединение на отвлеченном минимуме христианства напр. в вере в божественность Христа с отбрасыванием всех разде...

...combines freedom with church unity. This is both the most traditionalist and the freest, the least authoritarian form of Christianity. Western Christians usually have difficulty understanding this combination of traditionalism with freedom, this idea of a firm and integral but non-authoritarian church structure, because they think of it exclusively in terms of the Protestant-Catholic debate on individual freedom and church authority. But this feature of Orthodoxy seems to me precisely favorable for the movement towards ecumenism. And in Russian religious thought of the 19th and 20th centuries, the question of Christianity’s relationship to the life of the world and culture was very acute, and there was a strong longing for wholeness and universality. Conservative forces within Christian denominations hindered the movement toward rapprochement and the revelation of universal unity, remaining fixed on old dogmas. But the questions and tasks posed by the universality of Christianity have become sharply relevant to the character of our time. Inevitably, they come as a result of Christianity’s reaction to the problems of contemporary worldview. The anti-Christian worldview increasingly interprets and adopts a universal character. This process is evident in Enlightenment free-thinking, in syncretism, in modern technology, in the communist international. Fragmented, divided Christianity, sick with internal enmity, cannot oppose this unifying and integrative force of anti-Christian thought and will. Only the universality of Christianity, moving from a potential to an actual state, can provide a holistic worldview that responds to the pressing issues of our era and can resist the disunited world. But how can universality be understood? Universality cannot be achieved through a mechanical union based on an abstract minimum of Christianity, such as faith in the divinity of Christ while discarding all divisive...

Problems of Worldview in Our Time and Universal Christianity 10

...пиних истин. В религиозной жизни не может быть ничего подобного политическим блокам, основанным на взаимных уступках. Я ничего не мо­гу уступить из полноты своей веры для этого и должен был бы потерять веру. Действенно лишь то, что вытекает из силы и полноты веры. Я не могу делать вид, что забыл свою веру в Св. Троицу, или в таинство, или в непорочность Божией Матери во имя единения с теми, которые не верят в это. Религиозное единство достигаемо лишь на почве максимальной полноты; плодотворно лишь то экуменическое движение, которое ищет полноты, хочет преодолеть ущербленность. Вряд ли можно признать благоприятной почвой для вселенского единения либеральный протестан­тизм XIX в. типа Ричли или Сабатье. В нем христианская вера слишком ущерблена. Наиболее плодотворно участие в экуменическом движении тех христиан, которые верят в христианское откровение, в божественность Христа, признают свободу совести, ищут полноты веры и жизни. Но для движения этого мало признавать вечную истину христианства, нужно еще допустить возможность творческого движения в христианстве, суще­ствования новых задач, стоящих перед христианством, задач еще не разре­шенных и требующих христианского разрешения, задач христианской мысли и жизни. Восточное православие нужно признать наиболее эсхатологической формой христианства, в которой наиболее сохранились эсхатологизм перв­христианства. Это всегда было обратной стороной православного консер­ватизма, великим упованием внутри христианства. И не имело ли право­славие ожидания что в христианстве наступит эсхатологическая эпоха? Ошибочно и грубо представлять себе эсхатологическую настроенность, как ожидание скорого конца мира во времени. Эсхатологизм означает также внутреннее духовную настроенность, обращенную к конечным проблемам человеческой жизни и судьбы, входящие в иной духовный план, совсем еще...

...truths. In religious life, there can be nothing akin to political blocs based on mutual concessions. I cannot concede anything from the fullness of my faith for this, as it would mean losing my faith. Only what flows from the strength and fullness of faith is effective. I cannot pretend to have forgotten my faith in the Holy Trinity, or in the sacrament, or in the purity of the Mother of God for the sake of unity with those who do not believe in it. Religious unity is achievable only on the grounds of maximal fullness; only that ecumenical movement is fruitful which seeks fullness and aims to overcome deficiency. It is hardly possible to consider liberal Protestantism of the 19th century, of the type of Ritschl or Sabatier, as favorable ground for universal unity. In it, the Christian faith is too diminished. The most fruitful participants in the ecumenical movement are those Christians who believe in Christian revelation, in the divinity of Christ, acknowledge freedom of conscience, and seek the fullness of faith and life. But for this movement, it is not enough to acknowledge the eternal truth of Christianity; it is also necessary to allow for the possibility of creative movement within Christianity, the existence of new tasks facing Christianity, tasks not yet resolved and requiring Christian resolution, tasks of Christian thought and life. Eastern Orthodoxy should be recognized as the most eschatological form of Christianity, in which the eschatological spirit of early Christianity has been most preserved. This has always been the other side of Orthodox conservatism, a great hope within Christianity. And did Orthodoxy not have the expectation that an eschatological era would come in Christianity? It is mistaken and crude to conceive of an eschatological mindset as the expectation of the imminent end of the world within time. Eschatology also signifies an inner spiritual disposition directed towards the ultimate problems of human life and destiny, entering another spiritual plane, entirely yet...

Problems of Worldview in Our Time and Universal Christianity 11

не означающий, что наступает конец мира во времени, но в эсхатологи­ческой духовной настроенности должна наиболее выявиться вселенскость христианства и могут быть преодолены разделения, связанные с историче­ской борьбой и исторической ограниченностью, в ней обретется и ее близость ко Христу.

...not implying that the end of the world is approaching in time, but rather, in the eschatological spiritual disposition, the universality of Christianity should most clearly manifest itself, and divisions associated with historical struggle and historical limitations can be overcome, thus finding its closeness to Christ.