The Significance of the Russian Christian Movement 1

Николай Бердяев

Значение русского христианского движения

Когда YMCA сейчас приходится работать в русской среде, то ей приходится иметь дело с совершенно особыми условиями, не похожими на те, которые она встречает в других национальных кругах. Это, конечно, весьма затрудняет задачу YMCA. И является вопрос, оправдается ли она в отношении к русской эмиграции, плодотворной ли окажется она? Всякий признак живого и здорового в русском обществе за рубежом имеет большое значение и встречается с одобрением и благодарностью. YMCA несет духовное и культурное значение. В Советской России невозможно организовать христианское движение молодежи, которая оторваны от мира, отделены друг от друга и подвержены атеистическим влияниям. В России возможно напряжение духовной жизни, возможно мученичество, но не организованная, социально выраженная борьба за христианство. Только за рубежом возможно организовать движение русской христианской молодежи. При всех обычных недостатках эмиграции, только в ней может быть создана примерная христианская организация молодежи, которая потом будет перенесена в Россию.

Христианское движение русской молодежи за рубежом имеет двойную цель, оно близко и овладевает душами. Высшая цель — духовная помощь русской молодежи, рассеянной по всему миру. Эта молодежь находится в очень тяжелом, не только материальном, но и моральном положении. Она легко может опуститься и морально разложиться. Участие в организованном христианском движении, охватывающем все места русского рассеяния, предотвратит раз-

Nikolai Berdyaev
The Significance of the Russian Christian Movement

When the YMCA now has to work in the Russian environment, it encounters entirely unique conditions, unlike those it meets in other national circles. This, of course, significantly complicates the YMCA’s task. And the question arises: will it prove justified in relation to the Russian emigration? Will it be fruitful? Every sign of something alive and healthy in Russian society abroad is of great importance and is met with approval and gratitude. The YMCA carries spiritual and cultural significance. In Soviet Russia, it is impossible to organize a Christian youth movement. Youth there are cut off from the world, isolated from each other, and subject to atheistic influences. In Russia, the tension of spiritual life is possible, and martyrdom is possible, but not an organized, socially expressed struggle for Christianity. Only abroad is it possible to organize a movement for Russian Christian youth. Despite all the usual shortcomings of emigration, only within it can an exemplary Christian organization for youth be created, which can later be transferred to Russia.

The Christian movement of Russian youth abroad has a dual purpose; it is close and appeals to souls. The higher goal is to provide spiritual support to Russian youth scattered around the world. This youth is in a very difficult position, not only materially but also morally. They can easily fall morally and succumb to degradation. Participation in an organized Christian movement that encompasses all areas of the Russian diaspora will prevent this disintegration.

The Significance of the Russian Christian Movement 2

дожение и распыление русской молодежи, духовно укрепит, со­храняя ее связь с Россией. Но есть и более далекая цель дви­жения, более важная. Русская молодежь в остатки может иметь на­дежду рано или поздно вернуться в Россию. И отдельным членам возможно это возвращение. Ей предстоит встретиться в России с результатом длительного насаждения безбожия. Она должна выдер­жать длительную борьбу за христианскую веру, она должна бытъ на высоте этой трудной борьбы. Только за рубежом могут гото­виться кадры людей, которые могут выдержать борьбу за хри­стианскую веру внутри России. Только здесь может быть создана примерная организация молодежи, которая может быть перенесена внутрь России. И в этом важно дело русская христианская моло­дежь учится у западных христиан, создавших уже на Западе ми­ровое христианское движение, помощь которого она пользуется. Уже около 15 лет в огромной стране, среди огромного народа го­сударство всеми средствами насаждает безбожие. Явление беспре­мерное в истории. Явление это не только русское, но и широкое, им затрагивается судьба христианства в мире. И христиане За­пада, имея христианские организации Запада, не могут быть равнодушны к этому яв­лению. Россия и “русские” занимают сейчас центральное положение в мире в борьбе христианства с безбожием и мировом безбожном движением. Все это делает ра­боту среди русских и помощь им очень важными. И особен­но нет другого пути помочь русским христианам в борь­бе за христианство, кроме помощи движения за рубежом. Но как рус­ское движение за рубежом только в том случае может иметь зна­чение, если в эмиграции будут силы, не чувствующие себя очень

The movement will strengthen and spiritually fortify Russian youth, preserving their connection with Russia. But there is an even more distant goal, a more important one. Russian youth abroad may hold onto the hope of eventually returning to Russia, and for some members, this return may indeed be possible. They will face in Russia the consequences of the prolonged spread of godlessness. They must endure a long struggle for the Christian faith, they must rise to the challenge of this difficult struggle. Only abroad can people be prepared who are capable of enduring the struggle for the Christian faith within Russia. Only here can a model youth organization be created, one that can later be transferred into Russia. And in this, the Russian Christian youth have much to learn from Western Christians, who have already established a global Christian movement in the West, a movement whose support they can rely on.

For nearly 15 years, in a vast country with an immense population, the state has been promoting godlessness by all means. This is an unprecedented phenomenon in history. This phenomenon affects not only Russia but also has broader implications, touching upon the fate of Christianity in the world. Western Christians, with their established organizations, cannot remain indifferent to this phenomenon. Russia and the “Russians” now hold a central position in the global struggle of Christianity against godlessness and in the worldwide movement of godlessness. All this makes work among Russians and assistance to them especially significant. There is no other way to help Russian Christians in their struggle for Christianity, other than through the support of the movement abroad. But the Russian movement abroad can only hold significance if the emigrant community remains strong and does not feel itself to be too disconnected.

The Significance of the Russian Christian Movement 3

оторванными от России, от ее внутренней судьбы. За годы су­ществования движения много было сделано для преодоления над­лома эмиграции, оторванной от новой России и обращенной лишь к прошлому. В значительной части молодежи, участвующей в христианском движении, произошел поворот лицом к России и рас­крылась возможность признания не только отрицательным, но и положительным общественным опытом революции. Только внутри хри­стианского движения были преодолены эмигрантские политические разногласия и оказалась возможной работа людей, принадлежащих к разным политическим направлениям, часто очень враждебным между собой. У русских есть особый опыт, которого нет у за­падные христиане и этот опыт может быть для них ценен. Это не есть опыт организации, в котором христиане Запада были сильнее; это опыт знания внутренних истоков безбожного движения в мире и связи с лежащей социальной опыт трагический, неизвестный людям западного христианства, может быть не только защитный и охранн, но и творчески-созидательный. Это есть опыт пережитого страдания, которого западные христиане в такой форме не испытали. От соприкосновения и общения рус­ских православных с христианами Запада может продлиться что-то новое в недрах христианства, может дать очень плодотворные результаты для всех исповеданий христианского мира. Понять задачи можно только поняв изменение поло­жения христианства во всем мире, трудные проблемы горят над ситуацией и новые задачи перед нами возникающими.

Isolated from Russia and its internal fate, the movement has done much over the years of its existence to overcome the mood of emigration, detached from the new Russia and only looking back at the past. A significant part of the youth involved in the Christian movement has turned its face toward Russia and examined the possibility of adopting a new role. This turn has shown itself not only as a reactionary stance but as a positive social experience of constructive work.

Only within the Christian movement have the political divisions of emigration been overcome, with the tendency toward political work leading to an intense, and often hostile, struggle among different directions. Russian youth has gained an experience unknown to both Western Christians and the wider world. This is the experience of knowing the inner sources of spiritual movement in the world and its connection to social life—an experience of suffering, which Western Christians have not known in such a form. This experience has the quality not only of protection and preservation but also of creative and constructive work.

The cooperation and interaction of Russian Orthodox Christians with Western Christians can yield something profoundly positive in the depths of Christianity and can bring beneficial results for all confessions of the Christian world.

The need to comprehend and understand the changing situation of Christianity worldwide, the challenging problems above our current circumstances, and the new tasks emerging before us are becoming ever more pressing.

The Significance of the Russian Christian Movement 4

Положение христианства в мире давно уже начало изменяться, но сравнительно недавно окончательно выявились результаты этого процесса. Это изменение прежде всего связано с отношением христианства и государства. В целом христианство было очень связано с государством, и православие в особенности. Со времен Константина Великого государство считало себя христианским и церковь пользовалась поддержкой государства, которого мечом охраняло христианство в мире. Особенно христианство восточное, православное, — которое было сначала преимущественно византийским, а потом русским, — было тесно связано с империей, которой оно почиталось священной. Христианские прихожане чувствовали себя под охраной государственной власти. Сама организация церкви была тесно связана с государством. Христианское устройство социальной жизни само поддерживало государство. Все это радикально изменилось. Государство стало или безразличным к христианству, а затем и враждебным. И это есть мировое явление. В России это произошло катастрофическим путем и привело к гонению на религию. Но нигде больше христианство не может рассчитывать на поддержку государства. И это именно и положительная сторона. Но это предполагает изменение духовной структуры христианства, изменение отношения христиан к жизни. Христианское сознание освободилось от зависимости от государства и церкви, которое стало было христианским лишь по имени, ослабило ответственность и активность христиан. Разрыв государства и христианской церкви привел к тому, что безбожное движение, которое наростало в мире уже давно, но не могло себя долго себя выявлять при старой государственной власти, окончательно себя выявило и приняло организованные формы.

The position of Christianity in the world began to change long ago, but only relatively recently have the results of this process fully emerged. This change is primarily related to the relationship between Christianity and the state. Christianity, and Orthodoxy in particular, has traditionally been closely tied to the state. Since the time of Constantine the Great, the state considered itself Christian, and the church enjoyed the support of the state, whose sword protected Christianity in the world. Especially Eastern Christianity, Orthodoxy—which was initially primarily Byzantine and later Russian—was closely connected with the empire, which it regarded as sacred. Christian believers felt themselves under the protection of state power. The very organization of the church was closely connected with the state. The Christian structure of social life itself supported the state. All of this has radically changed. The state has become either indifferent to Christianity or even hostile. And this is a global phenomenon. In Russia, this happened in a catastrophic way and led to persecution of religion. Nowhere else can Christianity rely on the support of the state. And this, in fact, is the positive side. But this presupposes a change in the spiritual structure of Christianity, a change in the attitude of Christians toward life. Christian consciousness has been freed from dependence on the state and the church, which had become Christian in name only, weakening the responsibility and activity of Christians. The separation of the state and the Christian church has led to a situation where the godless movement, which had been growing in the world for a long time but could not fully manifest itself under the old state authority, has now fully revealed itself and taken on organized forms.

The Significance of the Russian Christian Movement 5

Совершенно ново для наших дней не столько безбожное движение, сколько его организованность и внешняя активность. В Советской России советская власть не только пассивная сторона, но она то и последовательную активна. Во Франции государственная власть не гонит христианства и не совершает насилий, но она враждебна христианству и дело воспитания ведется в духе атеизма, безрелигиозно. Христиане как верующие не могут больше возлагать на государство дело борьбы против безбожия и защиту христианства. И это хорошо. Это дело только христианства и мирское по новому трудное, требующее непрерывной, новой активности христиан. Это хорошо, потому что уничтожает некристость, требует больше правдивости, отделения христиан настоящих от себя не полагаясь на помощь государства. Ответственность христиан страшно возросла. Против безбожия нельзя уже бороться методами государственно-политическими, нужно противопоставить ему духовную силу, умственную вооруженность, способность к социальной организации христиан. Христиане Запада — и католики, и протестанты — в своем прошлом более привычны к активности и самостоятельности, чем христиане Востока, чем православные. Между тем как центр безбожного движения сейчас в православной стране, в России, где церковь была связана с государством, с монархией. Это делает положение особенно трагичным. Из России пропаганда и воинствующие безбожные идеи на Запад, прививается в странах примыкающих к России. Возникновением противоположного движения для защиты церкви и христианства для православных за рубежом.

What is entirely new in our time is not so much the godless movement itself, but its organization and external activity. In Soviet Russia, the Soviet power is not only a passive force but also consistently active. In France, the state authority does not persecute Christianity or commit acts of violence, but it is hostile to Christianity, and education is conducted in a spirit of atheism, without religion. Christians, as believers, can no longer rely on the state for the struggle against godlessness or the protection of Christianity. And this is a good thing. This task belongs solely to Christianity and is secularly challenging in a new way, requiring continuous, renewed activity from Christians. This is beneficial because it eliminates complacency, demands greater truthfulness, and separates true Christians from those who rely on state support. The responsibility of Christians has grown tremendously. Godlessness can no longer be fought with state-political methods; it is necessary to oppose it with spiritual strength, intellectual preparedness, and the capacity for social organization among Christians. Western Christians—both Catholics and Protestants—are historically more accustomed to activism and independence than Eastern Christians, especially the Orthodox. Meanwhile, the center of the godless movement is now in an Orthodox country, in Russia, where the church was tied to the state and monarchy. This makes the situation especially tragic. From Russia, propaganda and militant godless ideas are spreading to the West, taking root in countries adjacent to Russia. There is a need for an opposing movement to protect the church and Christianity for Orthodox believers abroad.

The Significance of the Russian Christian Movement 6

И это требует единения и сотрудничества с христианами Запада. Изменение положения христианства в мире требует от христиан большей активности, чем та, которая была в прошлом, требует выработки новых методов борьбы, новой вооруженности. Это требуют решения из глубин христианства социального вопроса, который сейчас мучает мир.

Новое положение христианства в мире требует не только христианского разрешения социального вопроса, т.е. действий христиан в социальной жизни, но и объединения раздробленных частей христианского мира. Поэтому экуменическое движение приобретает особое значение в наше время. Перед лицом опасности христианству необходимо сблизиться между собой и ставить общие задачи. Православные, не принимая участия в исторической борьбе протестантизма и католичества, представляют благоприятную почву для интерконфессиональных общений и сближений. И не случайно довольно значительные силы ощущались в англиканстве. Это – факт провиденциальный. Движение к социальному христианству и усиливающегося воззвания положения христиан в мире. Православный христианин уже не может и не участвовать в христианской организации христианского мира. И то, что представляется как-бы ослаблением и угнетением христианства в современном мире, может пойти ему на пользу. Потенциальные силы христианства огромны, но они достаточно актуализированы. Настало время для такой актуализации. И в наше время отношение христианства к движениям, происходящим в мире не может быть лишь пассивно-охранным и защитительным, оно должно быть творчески-на-

And this calls for unity and collaboration with Western Christians. The changing position of Christianity in the world demands greater activism from Christians than in the past, necessitating the development of new methods of struggle, new preparedness. This is required by the need to address the social question from the depths of Christianity, which now torments the world.

The new position of Christianity in the world demands not only a Christian solution to the social question, that is, the active participation of Christians in social life, but also the unification of the fragmented parts of the Christian world. Therefore, the ecumenical movement takes on special significance in our time. In the face of danger, Christians must draw closer to each other and set common goals. Orthodox Christians, who did not participate in the historical struggle between Protestantism and Catholicism, provide fertile ground for inter-confessional dialogue and rapprochement. It is no coincidence that considerable strength has been felt within Anglicanism. This is a providential fact. The movement toward social Christianity and the intensifying call to improve the situation of Christians in the world. The Orthodox Christian can no longer refrain from participating in the Christian organization of the Christian world. And what might appear as a weakening and oppression of Christianity in the modern world can actually benefit it. The potential strengths of Christianity are vast, but they have not been sufficiently actualized. The time has come for such actualization. And in our time, Christianity’s approach to movements occurring in the world cannot be merely passive, protective, and defensive; it must be creatively...

The Significance of the Russian Christian Movement 7

ступательным и активным. Охрана и защита не могут сами по себе вдохновлять. Вдохновляет лишь творчество и активность, лишь стремление к новой жизни. Поддержка русского движения за рубежом со стороны христианства мирного есть единственная его возможность поддержать православных христиан мира, есть единственная возможность услышать голос представителей православия в новую христианскую эпоху. Поэтому такое значение приобретает поддержание издательства, которого есть единственный выразитель православной мысли в нашу эпоху. Это дело, обращенное к будущему, которое лишь в будущем будет полною оценено. Результаты будут осознаны тогда, когда никто из нашего поколения уже не будет в живых. Под твердость поддержки русского христианского движения за рубежом может быть недостаточно видна сейчас. Она будет лишь тогда, когда в России возможно будет организация христианской работы. Тогда будет оценено все, что сделано за это время.

Protection and defense cannot inspire on their own. Only creativity and activity, only the aspiration for a new life, can inspire. The support of the Russian movement abroad by peaceful Christianity is its only means of supporting Orthodox Christians worldwide, the only chance to hear the voice of Orthodoxy’s representatives in a new Christian era. This is why the support of publishing, which is the sole expression of Orthodox thought in our era, takes on such importance. This work, aimed at the future, will only be fully appreciated in the future. The results will be understood when none of our generation are still alive. The strength of support for the Russian Christian movement abroad may not be clearly visible now. It will only be evident when it becomes possible to organize Christian work in Russia. Then, everything that has been done during this time will be evaluated.